В Минске в доме-музее Ваньковичей открылась рождественская выставка минчанки Анастасии Герасимович. Анастасия — талантливый мастер-кукольник. В 2008 г. Настя закончила Белорусскую академию искусств, получив диплом искусствоведа.

Её творения добрые, улыбчивые и очень забавные. Все детали тщательно продуманы — вплоть до колечка на пальчиках и пуговичек на ботиках. Такое внимание к одежде маленьких красавиц обусловлено тем, что Настя — художник по сценическим костюмам.

 
Она выиграла объявленный Национальной библиотекой конкурс на эскиз лучшего костюма, и теперь ведущая официальных встреч в библиотечной гостиной демонстрирует наряд, созданный по Настиному эскизу. А Татьяна Лазовская, солистка ансамбля «Беседа», с удовольствием выступает в придуманном художницей концертном платье.

Изготовление кукол из пластики, возникшее поначалу как хобби, теперь становится уже профессией. Особенно удаются мастеру портретные куклы, горячо любимые их хозяйками. Все Настины персонажи очень разные, но объединяют их оптимизм и доброта, присущие самой художнице. В музее Ваньковичей ангелы, домовые, Бабки Ёжки удивительно органично вписались в интерьер — их лукавые смеющиеся личики выглядывают буквально отовсюду. Даже музейная елка, украшенная ангелами, выглядит совершенно необычно! А домовые и Бабки Ёжки так уютно устроились на печке, что музейные сотрудники мечтают, чтобы они остались тут и после окончания выставки.
В канун Рождества Анастасия Герасимович дала интервью специально для «Минчанки».

— Анастасия, расскажите, с чего началось Ваше увлечение куклами? Может, это семейное?

— Вообще-то семейное: мой папа, Змитер Герасимович, — известный книжный график,. Поэтому любовь к рисованию, творчеству прививалась с ранних лет. Я училась в художественном лицее № 26 (сейчас это колледж искусств), затем в Академии искусств. По образованию я искусствовед, но мне всегда нравилось шить, вязать, делать своими руками что-то уютное и красивое.

— И каковы же особенности Вашего кукольного творчества?

— Главная идея моего творчества такова: многие люди и у нас, или, например, в Москве, занимаются куклами. Эти куклы получаются красивыми и характерными. И всё же, бывая на выставках, я заметила, что зачастую акцент у мастеров делается не на саму куклу, а в большей степени на её костюм. Для меня же гораздо существеннее, чтобы кукла казалась живой, имела свой характер. Люди, которые смотрят на мои куклы, отмечают, что у них очень живые личики. И это в самом деле так. Они для меня как дети — каждая со своей историей, со своим характером, я с ними даже разговариваю... А с технической точки зрения мне помогает то, что я училась в художественной школе и хорошо представляю, как сложен человек, где у него какие кости и мышцы. Поэтому даже при кукольной стилизации это все равно чувствуется и, наверное, благодаря знанию анатомии достигается эффект убедительности.

— Правду ли говорят, что любое творчество — это зеркальное отражение собственного внутреннего мира?

— Действительно, часто говорят, что художник всегда пишет портрет самого себя. Не знаю, насколько верно такое утверждение по отношению ко мне. Мне кажется, что в куклах видно и моё отношение к миру. В мире сейчас много всего холодного, расчётливого. Даже на примере изобразительного искусства видно, что освоено поразительно много техник, а часто возникает ощущение, что у произведения утрачена душа: красивая картинка есть, а тёплого, сердечного наполнения нет. И поэтому хочется чего-то живого, согревающего душу, хотя бы дома. Все мои куклы предназначены не для выставок и не для коллекций — они для дома, для того, чтобы люди могли придти домой, посмотреть на них, улыбнуться и расслабиться. Конечно, мне трудно самой оценивать своё творчество. Но все, кто когда-то приобрёл моих куколок, говорят, что любят их до сих пор. Может потому, что мне самой очень нравится моё занятие: я ведь до сих пор играю в куклы: шью им костюмы (иной раз даже хотелось бы одеть на себя нечто подобное), делаю причёски, макияж, маникюр…

— А каковы Ваши ощущения от экспозиции кукол в доме-музее Ваньковичей?

— Я очень довольна! Как я уже говорила, куклы предназначены для интерьера, для дома, а здесь в этом отношении просто идеальные условия: старинная мебель, деревянные стены — все получилось очень гармонично.

— На выставке рядом с ангелами представлены и забавные сказочные персонажи — Бабки Ёжки. Судя по тому, что они у Вас такие смешные и симпатичные, — это положительные герои?

— Конечно, я ведь не несу в квартиру ничего плохого! Вообще, в народной традиции такие персонажи, как, например, домовой — это символ «дабрабыта». Так и Бабка Ёжка в данном случае — это своего рода добрый оберег.

— Наверное, в процессе творчества Вы ощущаете себя сказочницей, несущей людям радость?

— Во всяком случае, во всём этом процессе точно есть какое-то волшебство. Начиная с задумки, а затем запекания основ для кукол в духовке. Они ведь сначала все получаются похожими друг на друга «шреками» —без ресниц, без волос… И на этом этапе «рождения» ещё неизвестно: получилось что-то или не получилось. А уже когда начинаешь добавлять какие-то детальки и возникает образ, это, конечно, приносит радость. Восторгов в качестве обратной связи я получала много. Даже из Швейцарии, где, казалось бы, всё есть и где людей трудно чем-то удивить, мне звонили с выражением своего восторга и благодарности и следующим заказом. Как мне рассказывали, когда девушке из этой страны подарили её портретную куклу, она просто прыгала от восторга!

— А бывают ли откровенные неудачи и отбраковка изделий? Или Вы всё же доводите до совершенства любой возникший образ?

— Изготовление кукол — работа вдумчивая, требующая не только рук, но и мозгов. Я не делаю куклы с ходу, особенно портретные, изготавливаемые на заказ, — сначала выполняю детальный эскиз на бумаге. И когда рисую, уже знаю, из чего и как всё будет делаться. Какое-то время я работала художником по сценическим костюмам, и это было очень интересно и полезно для меня. Там тоже необходимо было не просто нарисовать эскиз костюма, но и рассказать, из чего и как это впоследствии будет шиться.

— То есть сюрпризов во время обжига не бывает?

— Так как я использую для работы хороший немецкий пластик, то сюрпризов у меня не бывает. Моё увлечение стало, можно сказать, профессиональным уже в последние года два, поэтому исходя из собственного опыта могу заверить, что хорошие вещи получаются из хорошего материала. Здесь нельзя экономить ни в коем случае! Иначе пластик может вести себя непредсказуемо — например, при обжиге дать трещины…

— Вы упомянули о своей швейцарской заказчице, но уровень жизни там несколько иной. А доступны ли Ваши куклы нашим минчанкам и минчанам?

— Учитывая, что я работаю в этом пространстве, мне не хочется, чтобы моя продукция стояла дома. Конечно, можно всё это хранить у себя дома и считать себя «великим гением», но самолюбование — тупиковый путь. Считаю, что с такими вещами нужно расставаться легко, хотя все они мне очень дороги и всех их я очень люблю. Но я знаю: когда смотришь на куклу и кажется, что она так хороша, что просто не хочется расставаться с ней, нужно просто переключаться на другое. А сделать хочется ещё очень многое! Я испытываю удовлетворение, когда люди смотрят на мои куклы и улыбаются. Слова о том, что это «лучшая награда», какие-то затёртые, но всё же...

— А каких-то любимых кукол Вы всё же оставляете для себя?

— Нет, дома у меня ничего не остаётся. Есть только одна кукла, с которой я начинала, — это Пеппи-Длинныйчулок. Она была сделана ещё из пластика не лучшего качества, имеет серьёзные повреждения в результате различных переездов, но она у меня что-то вроде талисмана и мне очень дорога.

 
— В канун Рождества и Нового Года что бы Вы могли пожелать нашим читателям?

— Наверное, помнить о том, что из множества мелочей, создающих нашу повседневную жизнь, складывается и наше счастье. Поэтому нужно не просто хотеть быть счастливым, а уметь делать каждый день счастливым!

Беседовал Александр Каменчуков.

© minchanka.by