Говорят, на Древнем Востоке существовал интересный способ проверить наблюдательность человека — незаметно переставить в его жилище несколько небольших предметов. Заметил — прошёл испытание на внимательность. А если человек внимателен к мелочам, то ему можно смело довериться и в большом деле!
Известна ещё одна «восточная хитрость», своего рода психологический трюк: прятать ценный предмет… на самом видном месте. Может быть, не совсем понятно, почему автор, решив рассказать об одной из главных достопримечательностей белорусской столицы, «въездных воротах» Минска, решил обратиться к восточной мудрости? А дело вот в чём: на Привокзальной площади, напротив современного здания железнодорожного вокзала, на двух симметрично расположенных по отношению друг к другу 11-этажных домах-«башнях», на тридцатиметровой высоте установлены 8 скульптурных изваяний, высота каждой из них равна 3,6 метра. Попробуйте по памяти перечислить эти фигуры и их последовательность расположения на каждой башне. Если вы с честью прошли это испытание, то вам полагается бонус: «дополнительная жизнь», как говорят геймеры, в окружающем нас «параллельном мире» архитектурно-скульптурных форм. Это, конечно, шутка, но с долей правды.
Здесь пора сообщить (или напомнить), что у каждой из фигур на левой башне есть пара — близнец на правой. Минчане в разговоре об скульптурах на башнях-близнецах чаще всего вспоминают «Воина» — винтовка с длинным штыком, видимо, способствует запоминанию сего образа. На левой башне он хорошо заметен. Словно бессменный часовой, стоит он справа от часов — и как будто всегда «на часах» (к слову, диаметр циферблата часов — более 3,5 метров). А вот на правой башне «Воин» почему-то «перешёл» на другую сторону, за угол башни и охраняет уже не внешние границы, как его близнец, а внутренние — смотрит вглубь жилого квартала, во двор... Загадка? А может, это аллегорический символ охраны внешних рубежей государства и его внутренней территории? Так как обычно композиция читается слева направо, то получается, что на правой башне воитель ушёл в тень, уступив место у государственного герба БССР «Инженеру». Что ж, логично: в 1947 году, когда было начато строительство, война осталась позади — и было самое время браться за экономику…
Хотя, может и не следует вовсе искать какой-то скрытый смысл в расположении скульптур? Ведь если смотреть на обе башни со стороны вокзала, видны четыре фигуры, расположенные к смотрящему лицом: «Крестьянку» со снопом пшеницы, советского «Воина» с винтовкой, «Партизанку» и «Инженера». И если взглянуть на башни с противоположной стороны, то мы увидим те же четыре фигуры… Но ведь «ротация кадров», то есть перестановка порядка скульптур почему-то произошла. Что же не устраивало мастеров в простом симметричном переносе фигур-близнецов с фасадной на внутреннюю сторону башен?.. Есть и ещё «маленькие тайны» двух из четырёх скульптур, однако о них, возможно, мы поговорим позднее.
Возможностью любоваться одной из своих главных достопримечательностей — «въездными вратами» белорусской столицы минчане обязаны советскому архитектору Борису Рубаненко. Комплекс зданий на Привокзальной площади был создан по его проекту в 1947—1952 годах. Однако наличие характерных декоративных элементов, в частности, на здании, расположенном на углу улиц Кирова и Свердлова, позволяет говорить о том, архитектурный комплекс включал в себя не только постройки Привокзальной площади. А вот скульптуры, установленные на постаменты в начале 50-х годов ХХ века, в 70-е годы, увы, пришлось демонтировать: железобетон, из которого они были сделаны, стал растрескиваться и крошиться.
Позднее белорусские скульпторы Виктор Завадский и Сергей Логвин под руководством одного из создателей первых композиций — Андрея Заспицкого (автора скульптуры «Инженер») за два года воссоздали разрушенные символические фигуры уже в новом материале — силумине, лёгком и прочном алюминиевом сплаве. Свои места воин, партизанка, инженер и труженица села заняли в 2004 году.
По меткому замечанию ученика архитектора Бориса Рубаненко — академика архитектуры, заслуженного архитектора Беларуси Юрия Градова, «въездные врата» стали неизменным символом Минска по той причине, что автор проекта сумел почувствовать и подчеркнуть очень важную историческую параллель: башни Привокзальной площади приняли историческую эстафету от традиционных деревянных башен старинного минского Замчища, которые тоже были в свое время въездными воротами. И эта архитектурная и историческая преемственность придала им особую убедительность и привлекательность.
